Интернет-конференция
Президента России Владимира Путина
Новости
политики, экономики, общественной жизни России в вопросах и ответах
Президента России при информационной поддержке Управления
пресс-службы и
информации Президента РФ
Глоссарий
Конфиденциальный
(от лат. confidentia - доверие) - доверительный, не
подлежащий огласке,
секретный.
Конференция
(от лат. conferentia conferre - собирать в одно место) -
собрание,
совещание представителей правительств, общественных, партийных, научных
и т. п. организаций для обсуждения и решения каких-либо вопросов.
Стенограмма
- стенографическая запись какого-либо доклада, речи и т.п.
Стенография
(от греческого stenos - узкий, тесный + ...графия) -
скоростное письмо,
основанное на применении спец. систем знаков и сокращений слов и
словосочетаний, позволяющее вести синхронную запись устной речи и
рационализировать технику письма.
Репортаж
(от франц. reportage, англ. report - сообщать)
1.
работа
репортёра
2. сообщение о событиях дня, оперативная информация
(в печати, по радио или телевидению и других СМИ).
18.10.2007г.
Ответы на вопросы журналистов после прямого теле- и
радиоэфира «Прямая линия с Президентом России»
Путин
Владимир Владимирович
Должность Президент
Организация Администрация Президента
РФ
Телефон
(495) 205-42-18 пресс-служба, 206-89-00, 925-35-81
Пресс-конференции, встречи с прессой, заявления для
прессы
ВОПРОС: Владимир Владимирович, за эти
шесть лет Вы в прямом эфире провели около восемнадцати часов. Это
триста вопросов. Как-то очень коротко подвели итоги. Были какие-то
вопросы, которые повлияли на принятие кардинальных решений, может быть,
на позицию?
В.ПУТИН: Я уже говорил сейчас в
прямом эфире, что это очень хороший срез общественного мнения и
интереса к тем или другим проблемам. Поэтому это, по сути, уникальный
социологический опрос отношения граждан к тому, что делает власть по
тем или другим направлениям. И, конечно, когда люди многократно
указывают на те или другие вопросы, то это побуждает всех: и Правительство, и
меня как главу государства – реагировать на это. Ну вот сегодня,
допустим, это возмещение военным пенсионерам тех выплат, которые не
состоялись, а должны были состояться после индексирования денежного
довольствия военнослужащих в 1995–1998 году. Тогда в соответствии с
действующим законодательством нужно было сразу же проиндексировать и
пенсии военных пенсионеров. Это не было сделано. И люди ждали этого до
последнего времени. До сих пор это не сделано. Поэтому, несмотря на
многократные поручения Правительству, до сих пор не удалось это.
ВОПРОС: И пайковые тоже?
В.ПУТИН: Нет, тут не пайковые. Это
повышение пенсий военным пенсионерам в связи с индексацией денежного
содержания военнослужащих. Ну и в конце концов, как Вы слышали, просто
я принял решение сделать это указом Президента.
ВОПРОС: А когда Вы приняли это решение?
В.ПУТИН: В целом эта тема мне
знакома. И, когда я знакомился с вопросами, было ясно, что эта тема
повторяется многократно. И в прошлом году ставилась и опять
повторяется. Так что это решение было принято накануне.
ВОПРОС: Относительно «плана
Путина» маленькое уточнение. Правда, я не
совсем как журналист, больше как историк по образованию хотел задать
вопрос. Но вот в этом самом «плане Путина»
предусматривается, может быть, какой-то такой этап, когда уже сферы
деятельности – экономика, политика, средства массовой
информации – были бы в достаточно степени автономны?
Когда уже не нужно будет вручную их регулировать? Но я понимаю, что
процесс реформирования непростой. Конечно, здесь какие-то
административные ресурсы нужны. Но вот согласно этому «плану
Путина» есть какой-то год или период, который можно
обозначить, когда вот эти механизмы в России будут совершенно
автономными? И маленькое добавление: Вы не боитесь, что властные элиты
просто не захотят проститься с этими рычагами ручного управления?
Смогут повлиять, мешать каким-то образом, чтобы система не сложилась,
как принято говорить у автомобилистов, в управление при помощи коробки
автомата?
В.ПУТИН: Давайте мы и Вы, как
историк, – я уже упоминал об этом в Послании в прошлом году – вспомним,
что было с Соединенными Штатами в годы выхода из Великой депрессии.
Ведь там многое делалось в ручном режиме. И там тоже Рузвельт изложил
целый план развития страны на среднесрочную перспективу. И там тоже
некоторые, как Вы сказали, элиты не были согласны со всем, что
предлагалось тогда президентом. Но в конечном итоге оказалось, что
реализация этого плана пошла на пользу всем гражданам страны. И так
называемым элитам, и рядовым гражданам. Почему? Потому что
стабилизировала ситуацию, позволила создать условия для поступательного
развития экономики и социальной сферы. И в конечном итоге привела
Соединенные Штаты к тем позициям, которые они сегодня занимают в
мировой экономике, да и в мировой политике. Поэтому мы здесь чего-то
уникального не делаем.
Мы, выходя из ситуации глубокого системного кризиса, вынуждены многое
делать в так называемом ручном режиме. Когда же придет тот момент,
когда многое или основное будет функционировать в автоматическом
режиме? А вот после исполнения вот этих планов. После того как мы
создадим необходимые условия правового характера, создадим правовые
механизмы, когда заработают все элементы рыночной экономики в полном
объеме.
Вот сейчас граждане задавали вопрос (по бегущей строчке я прочитал):
когда у нас будет валюта свободно конвертируема? Она уже свободно
конвертируема. Вопрос только в том, когда другие государства это
поймут, осознают, и их уровень доверия повысится к нашей национальной
валюте (монетам)
таким образом, что она будет использоваться, возможно, и как резервная
мировая валюта.
Это требует времени. Это требует осмысленных шагов по диверсификации и
укреплению нашей экономики.
Рост среднего класса в стране, безусловно, будет стабилизировать и
политическую систему, и социальную жизнь. Все это требует времени.
Когда и правовая база, и экономическая, и социальная у нас подрастут и
будут устойчивыми, тогда и не потребуется ручного управления. Хотя и
сегодня в развитых экономиках, в развитых демократиях все равно многое
зависит от того, какие решения принимаются политическим руководством
страны, какой выбор делает правительство или президент. А это тоже,
собственно, элемент управления в ручном режиме.
ВОПРОС: Какие годы могут быть?
В.ПУТИН: Я думаю, что это лет через
15–20.
ВОПРОС: Владимир Владимирович, сейчас Вам
поступило больше двух миллионов вопросов. Это значит, что такое общение
гражданам очень важно, нужно, интересно. Как Вы считаете: формат такой
в будущем сохранится?
В.ПУТИН: Это будет зависеть от
нового главы государства. Я вполне допускаю, что будущий Президент
выберет для себя и какую-то другую форму прямого диалога с населением,
с гражданами страны. Этих вариантов может быть много. Я не беру на себя
смелость утверждать, что будет выбрано в качестве этого средства
общения, прямого общения с
гражданами страны. Но мне кажется, что по сути своей это востребовано,
а вот в какой форме это будет делаться – мне сейчас трудно сказать.
ВОПРОС: Владимир Владимирович, нынешняя
политическая система формировалась в трудное время, в некоторой спешке.
Вот сейчас более спокойное, благополучное время. Не назрела ли
необходимость пересмотреть некоторые функции и полномочия, прежде всего
в сфере исполнительной власти? Мы знаем, что в Германии, например,
очень эффективно работает одна ветвь исполнительной власти – это
правительство, а в России сложились и исторически действуют два центра
руководства. Или все должно остаться по-старому, как сейчас?
В.ПУТИН: Отдаю должное Вашей
изобретательности, с которой Вы подобрались к вопросу, который, видимо,
многих интересует. А именно: что я сам буду делать и каково будет
распределение функций между Правительством и Президентом.
У нас сейчас не два центра, а один центр принятия решения: это глава
государства, Президент, а также
парламент, разумеется. А Правительство
– это по Конституции основной орган исполнительной власти. И я думаю,
что неправильно было бы отбирать у Правительства какие-то прерогативы,
права и обязанности либо нагружать дополнительными. Вот как раз
двоевластие в исполнительной ветви власти нам создавать не нужно. Я
против того, чтобы обрезать полномочия Президента.
Нам надо просто создавать более эффективное взаимодействие между
исполнительной властью, судебной властью и законодательной. Вот по
этому пути мы должны развивать свою государственность. Но внутри
исполнительной власти перераспределение полномочий, на мой взгляд, во
всяком случае, в ближайшей исторической перспективе было бы ошибкой.
ВОПРОС: Скажите, пожалуйста, когда будет назначен все-таки председатель
Совета Безопасности? Потому что пока это исполняющий обязанности, и в
связи с этим возникает множество разговоров о том, что Совбез может
быть реформирован. Так ли это?
В.ПУТИН: Нет. Во всяком случае, я не
планирую этого делать. Совет Безопасности – это конституционный орган,
и я не думаю, что нам нужно что-то менять в этом плане. Работает
достаточно эффективно. Что касается кадрового вопроса, то это, конечно,
тоже важно, но это не самое главное. В сегодняшнем виде и с
сегодняшними руководителями он работает в полном объеме, исполняя все
свои функции. Ну а когда состоится назначение Секретаря Совета
Безопасности, посмотрим. Есть разные варианты. Я пока не решил.
ВОПРОС: Владимир Владимирович, насколько
Вы довольны работой премьера
Зубкова и новых министров, двух женщин,
например?
В.ПУТИН: Я считаю, что небольшая
реконфигурация в Правительстве – а там не
только назначены новые министры, но и произошло перераспределение
полномочий внутри министерств и ведомств, скажем большими полномочиями
наделено Министерство
регионального развития, часть этих полномочий получено
министерством, которое возглавляет Козак Дмитрий Николаевич, из других
ведомств, – я думаю, это обоснованно, если мы хотим добиваться
конкретных результатов на территориях.
Что касается министров, которые вновь назначены: это Набиуллина и
Министр здравоохранения
и социального развития Голикова, – то они специалисты очень
хорошие, они не новички в тех сферах, в которых работают. И они были
назначены не по половому принципу, а по принципу их деловых качеств.
Они эффективно работают. Даже никакого времени не нужно было на
раскачку, они в материале, в теме и прямо с первых шагов включились в
активную работу. Вчера в процессе подготовки к сегодняшнему
мероприятию, к «Прямой
линии», я, в основном, правда, по телефону,
постоянно был с ними на связи. И с Голиковой, и с Набиуллиной, и с
Кудриным тоже, конечно, и с Председателем Правительства. И я фиксирую
для себя, что та цель, которая мною ставилась при отставке прежнего
Правительства и при формировании нового, достигнута, совершенно
очевидно. Правительство стало работать гораздо более энергично. Как
минимум гораздо более энергично. Ну и мне кажется, что и более
эффективно.
ВОПРОС: Очевидно, что сегодня из Думы гораздо легче вылететь, чем в нее
попасть или вернуться. Особенно после Вашего решения насчет участия в
этой избирательной кампании. Есть, на мой взгляд, вероятность того, что
в Думе вообще по результатам выборов останется две партии. Как Вы
видите, какая политическая система, партийная система сегодня актуальна
для страны и, может быть, в будущем?
В.ПУТИН: Количество партий,
которое должно быть или может быть представлено и будет представлено в
парламенте, зависит только от того выбора, который сделает избиратель.
За кого избиратель проголосует, кто преодолеет 7-процентный барьер, тот
и будет. Что касается того, как я к этому отношусь, то могу сказать,
что, на мой взгляд, наличие оппозиционных сил как левого, так и правого
либерального толка было бы крайне полезно. Ну а что будет по
результатам выборов – мы с Вами должны посмотреть в декабре.
ВОПРОС: У меня вопрос скорее личного плана. У Вас недавно был день
рождения. Что Вам подарили жена, дочери?
И какой из подарков, которые Вы получили, понравился Вам, был для Вас
наиболее неожиданным?
В.ПУТИН: Сказать по-честному, я
далеко не всегда даже смотрю, что там в этих подарках. Часть из них я
просто передаю в различные хранилища. Я не хочу никого обижать, но у
меня иногда даже нет времени посмотреть. Что касается семейных
подарков, то перед вами костюм, который мне подарили.
ВОПРОС: А от какой фирмы?
В.ПУТИН: Это скрытая реклама, что в
средствах массовой информации называется «джинса».
ВОПРОС: Владимир Владимирович, а Вы не
думали о том, что Вы на этой «Прямой
линии» выступаете не только как Президент и Верховный
Главнокомандующий, а и как первый номер федерального списка? И
учитывали ли Вы это, что Вы легко можете оступиться и нарушить закон,
отвечая на вопрос не по Вашей профессиональной
деятельности, как сейчас, например? И это будет расцениваться
как предвыборная
агитация. Насколько это повлияло на Ваши
ответы?
В.ПУТИН: Да, повлияло. Я считаю, что
все в стране, в том числе ваш покорный слуга, должны исполнять
действующее законодательство. Я, как человек, который возглавляет
список, аргументировал, почему я это делал, но не позволил себе делать
прямых призывов к голосованию за ту или другую партию. Я считаю, что в
этом и есть соблюдение действующего избирательного законодательства. И
думаю, что я с этим справился.
ВОПРОС: Владимир Владимирович, Вы
жалеете, что это для Вас последняя «Прямая линия»?
В.ПУТИН: Вы знаете, мне кажется, что
лучше вообще ни о чем не жалеть. Нужно анализировать. Если допускаешь
какие-то ошибки – стараться не допускать их в будущем. Но жалеть ни о
чем не нужно, нужно строить планы на будущее. И я тоже это делаю.